На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
Знаете, больная тема. Мой дед строил этот космодром, так получилось в его жизни, хороший инженер – он и в казахстанской степи инженер. Даже если и не очень у него спрашивали желания строить.

Историческая справка:
Космодром Байконур — первый и крупнейший в мире космодром, расположен на территории Казахстана между городом Казалинск и поселком Джусалы, вблизи поселка Тюратам. Территория космодрома Байконур составляет 6717 км². Космодром Байконур и город с одноименным названием вместе образуют комплекс «Байконур», арендованный Россией у Казахстана на период до 2050 года.

С 4 октября 1957 года по 31 марта 2024 года с космодрома Байконур выполнены 1 540 орбитальных пусков ракет-носителей, на околоземные орбиты и отлетные траектории выведены 1 999 космических аппаратов.

И тучи начали сгущаться над космодромом.

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
Причем, этих туч так много, что волей-неволей начинаешь понимать – Байконур все. Но рвать волосы и кричать «Юра, прости, мы все протавосили!!!» почему-то не хочется. Очень странные ощущения, если честно. И для того, чтобы четко отделить зраду от перемоги, я постарался разложить все по пунктам и вывалить на стол. А там и разобраться, чего у нас больше.

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
1. Космодром «только для себя»
«Роскосмос» политически и экономически проиграл схватку за мировой рынок. Цены SpaceX при доставке груза на Falcon Heavy дешевле, чем у конкурентов и ракет NASA, причем, настолько, что NASA отдала свои запуски конторе Маска.

Вот таблица с произведенными пусками (вместе с неудачными) за последние годы, в ней четко все можно посмотреть.

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
И это, как говорится, верхушка айсберга, а снизу начинают уже догонять такие космические державы, как Индия, Новая Зеландия, Иран и Япония.

И здесь встает финансовый вопрос: а не жирно ли стране, осуществляющей два десятка пусков в год, иметь ТРИ космодрома? Есть Восточный, есть Плесецк. Да, аренда Байконура стоит за такой объект смешные 115 миллионов долларов в год, плюс полтора миллиарда рублей на содержание инфраструктуры. Да, это еще около 20 миллионов долларов, в общем – не деньги с одной стороны. С другой – ну не настолько мы богаты, чтобы так швырять их на ветер сегодня.

Это, кстати, и к «Восточному» относится. Он вроде как не достроен, но если не воровать, как не в себя, там уже можно было бы два космодрома построить.

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
2. С Байконура нечего запускать
Это практически так. Против древних и ядовитых, как австралийская фауна, «Протонов», казахи бурчали давно. И в этом была правда, гептил – ну простите, действительно страшная архаика. Весь мир практически летает кто на водороде, кто на метане, и только мы такие красавцы – да ладно, насмерть не отравитесь!

Но смертный приговор «Протону» подписан, его наконец-то (после полувековой эксплуатации) убирают в пользу «Ангары». А вот для «Ангары» инфраструктуры на Байконуре нет.

«Союзы»? Ну так себе. Для начала, там для этих ракет остался один стартовый стол, но не беда: в 2022 году было 2 пилотируемых пуска, в 2023-м – один, в 2024-м – один. И запланировано еще два старта.

В общем, российская космонавтика в плане пилотируемых полетов скорее, мертва, чем жива, плюс что будет дальше после того, как в 2028 году МКС придет конец, кому вообще будет нужен этот «союзный» старт, сказать очень сложно. Как бы своей станции мало того, что нет, так еще в обозримом будущем и не предвидится.

Да, еще «Роскосмос» разрабатывает свой многоразовый носитель «Союз-СПГ», проект которого должен быть закончен по странной случайности в этом году, а первый полет совершиться в 2025. Ракету запустят с космодрома «Восточный». Она будет работать на двигателе РД-0169А с использованием метана, а первая ступень — возвращаться для повторных полетов. База старта – «Восточный».

Ну и последний гвоздь в крышку гроба — это запуск ракеты-носителя «Ангары-А5». Опять же с «Восточного».

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
Вот здесь совсем неприятно для Байконура, потому что действительно, первая страница в истории «Восточного» может стать последней в истории Байконура. В том смысле, что у России вообще не останется ракет-носителей, которые могут стартовать с казахской земли.

Так что вся эта тягомотина с арендой до 2050 года – она может закончиться много раньше. Тратить такие деньги для того «шоб было» — глупо. Если есть современный космодром со всей инфраструктурой, то какой смысл в старом?

Только близость доставки по сравнению с «Восточным», но не стоит забывать, что это территория другого государства со всеми вытекающими отсюда последствиями.

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
3. Политика Казахстана
Здесь все очень непросто.

Сказать, что Россия пыталась сохранить Байконур в качестве своей стартовой площадки – это не сказать ничего. Байконур – это наше, построенное нами. Советскими, русскими, не важно. Важно, что этот кусок России оказался на не очень дружественной русским территории сегодня. Все эти разговоры о том, что в Казахстане чтят «дружбу народов», это все сказки на казахском. Русских из страны даже не выдавливают, а вытравливают. Словом и делом, и все эти квохтания КазСМИ на эту тему есть чистой воды пропаганда.

Сегодня на Байконуре работают остатки преданных своему делу людей. Молодые специалисты совершенно не горят желанием ехать на работу в страну, где махровым цветом начинает цвести русофобия и национализм. «Телеграмм» в помощь, истинное лицо казахского национализма там можно узреть легко и непринужденно.

Далее. Несмотря на арендные выплаты, Россия пыталась затащить Казахстан на орбиту путем создания ракетно-космического комплекса «Байтерек». Этот проект мурыжат уже 20 лет, с 2004 года. Идея была неплоха: создать вместо ядовитого «Протона» экологически более безопасную ракету и зарабатывать на пусках вместе.

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
Понятно, что все, что мог дать Казахстан – это деньги. Все остальное должен был сделать «Роскосмос». Адаптировать «Ангару», потом «Зенит», потом «Союз-5», произвести модернизацию пусковых комплексов и так далее. Все длилось очень долго, пока в прошлом году не встало окончательно.

Да, «Роскосмос» действительно сделал очень многое для того, чтобы проект не состоялся. Переносы сдачи эскизного проекта достали казахстанскую сторону, равно как и удорожания проекта в 7 раз. Но и Казахстан не спешил вносить свою сторону денег, мотивируя это разными причинами.

Более того, в 2023 году Казахстан наложил арест на имущество России на космодроме, требуя компенсацию в размере 2 миллиардов рублей в пользу СП «Байтерек» для выполнения работ по оценке воздействия на окружающую среду проекта «Союз-5». В общем все больше похоже на умышленное затягивание Казахстаном процесса с оглядкой на «старших господ».

Здесь вообще все более или менее понятно: в РК Казахстан дико боятся американских санкций против своих предприятий, работающих с Россией. Причем, из этого тайны не делают сами казахстанские политики и чиновники.

Второй неприятный аспект – русофобия и национализм, проникшие и в бизнес. Иметь дело с казахстанскими бизнесменами на низших уровнях (а куда без них в стройках такого размаха) практически невозможно. «Хозяева земли казахстанской» считают, что им должны все без исключения, особенно русские.

Сам Казахстан, естественно, ничего сделать не сможет. Это объяснять надо только казахам, но это номер заранее обреченный.

Директор «Группы оценки рисков», кандидат политических наук Досым Сатпаев (человек на редкость понимающий суть процессов) в интервью Forbes.kz. сказал: «…для Казахстана это будет слишком дорогим удовольствием. Мы не сможем самостоятельно содержать и развивать космическую инфраструктуру».

Это понятно многим. Непонятно только почему этого не понимают в самом Казахстане? Так-то ясно, что строилось не за их деньги, но разве это повод для того, чтобы убить такой комплекс?

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
Байконур – это не просто абстрактный «космодром». Это действительно научно-технический комплекс, в котором работало огромное количество ученых разных направлений, в Байконуре считали выгодным держать свои филиалы МАИ и МВТУ.

Разрушение началось не вчера, это так. Сегодня комплекс представляет собой картину жесточайшего кризиса: приходят в негодность стартовые столы, закрываются научные разработки, уезжают люди, а работающие уже не живут Байконуром, а приезжают вахтовым методом.

Научный город, построенный для темы «Энергия-Буран» брошен, закрыт, засыпается песком. Степь – это жестоко.

Вся надежда была на какую-то совместную работу. Увы, но три пункта, приведенные выше, напрочь убивают веру в то, что с Байконуром выйдет что-то дельное. Двадцать лет, что тянется проект «Байтерек» показывают, что ситуативно космодром никому не интересен в первую очередь в Казахстане.

Не в обиду будет сказано в адрес казахстанских бизнесменов и политиков, но космос – это удел все-таки развитых стран и есть разница между космическими стартами и разведением баранов. Конечно, с баранами проще. Они более востребованы, чем космические старты, как ни крути. И звезды – это звезды, они, как поется в песне «все ближе, но все так же холодны», а баранина… ну вы поняли.

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
Казахстану Байконур не нужен. И дело не в том, что на содержание космодрома у РК нет денег. Дело в том, что нет самой идеи и людей, способных ее воплотить в жизнь. Люди и идеи остались в России.

Даже как туристический объект Байконур место сильно так себе: только долететь/доехать из Москвы до Байконура и вернуться обратно – около 50-60 тысяч рублей на человека, плюс стоимость тура (85-100 тысяч рублей) на старт ракеты (грузовые дешевле, но не сильно, где-то на 10 тысяч рублей). Детский билет – 35 тысяч рублей. Дорога на автомобиле выливается в 20-25 тысяч рублей.

В общем, как туризм очень так себе, хотя сам Байконур – это город-музей, исторический концентрат. На каждом шагу памятники и доски, каждый шаг – это шаг в истории освоения космоса. И памятник трудовому подвигу советских людей. Там пахали все, и специалисты, и добровольцы, и солдаты, и заключенные. Последних была просто тьма. Построили. Что там их Канаверал, в таком месте любой построит. А вот если тропиков нет, то и казахстанская степь самое то будет.

Казахам этот памятник ни о чем. У них уже другие ценности, они к незалежности в мозгах полным ходом идут, хотя еще Назарбаев им говорил, что отрываться от русского народа не стоит. Не послушали, убрали. Теперь будем с печалью наблюдать, куда они эволюционируют, учитывая, что русские из Казахстана реально бегут, а инженеры из казахов почему-то не очень получаются.

И России при таких условиях Байконур ни к чему. «Восточный» явно выигрывает, кроме одного параметра – качества. В Советском Союзе строили не как сегодня строят и так не воровали, как воруют в наше время. Потому некоторые опасения насчет успешной и главное, долгой работы космодрома, все-таки имеются.

И для музейного комплекса почти 7 тысяч квадратных километров – это много. Много километров, много истории. А кому она нужна будет завтра, эта история, если мы совсем перестанем летать в космос? Что толку, что мы везде были первыми, если через какое-то время может получиться так, что мы не будем даже последними?

Кто тогда мог предположить, в каком страшном сне, что со 108 стартов в 1982 году мы рухнем до 17 в 2020-м? И что спустя 60 дет наши корабли будут стартовать все на тех же королёвских ракетах?

Мир не стоит на месте. Помню, как многие ухахатывались над Маском. «Вот когда полетит, тогда поговорим». «Вот когда сядет, тогда и поговорим». «Вот когда пристыкуется…». «Вот когда…».

Ну и у нас говорили. Как мы полетим на Луну, как мы полетим на Марс, как у нас в приоритете Венера, как мы построим свою станцию на орбите, как мы построим лунную станцию, какие у нас будут многоразовые корабли…

На Марсе станут яблони цвести, на Байконуре – лишь овец пасти
Очень много было слов. Гигатонны. Дел не было. Если делом можно назвать грохнутую о лунную поверхность межпланетную станцию и наконец-то выпихнутую на орбиту старую развалину модуль «Наука», которую выбросят теперь в 2028 году за ненадобностью, то да, дела были. Ну такие, какие есть. А так – космический извоз.

Кода-то в мире было две супердержавы, которые боролись за первенство в освоении космоса. Советский Союз и Соединенные Штаты. Сегодня мир изменился, и космическая семья значительно увеличилась за счет новых членов. Европа, Бразилия, Япония, Индия, Новая Зеландия (с ума сойти, супердержава!), Китай, Израиль, Иран, Северная Корея, Южная Корея.

Новые ракеты-носители, новые корабли, новые автоматические станции, новые космодромы. Мир не стоит на месте.

Мне будет очень жаль, что на месте первого и крупнейшего в мире космодрома, построенного в том числе и моими предками, будут через какое-то время пасти верблюдов и баранов. А местные жители будут рассказывать детям, как «пришли эти русские, загадили все своими ракетами и ушли». А они теперь из-за них все такие гордые, независимые, но нищие.

А ведь так и будет…