Крымский агропром. Снова в колхоз, опять в совхоз

Крымский агропром. Снова в колхоз, опять в совхоз
В 2024 году крымский агропром вполне может пойти на рекорд по части полученных государственных субсидий, причём озвучено это было на уровне Президента РФ. Но и в этом контексте нам интересна отнюдь не рутина финансирования уже существующих предприятий крымского сельского хозяйства.

Важнее перспективы озвученных в последнее время проектов новых направлений агропрома. Эти новации, оригинальные идеи, совершенно очевидно, разработаны на основе производств ещё советского времени, поскольку в Крыму изобрести что-то действительно новое вообще вряд ли возможно.

В настоящий момент такие аграрные производства либо не действуют, либо свёрнуты по каким-то причинам советских экспериментов. Сегодня многие из них выглядят наподобие откровенно наполеоновских планов, но чем чёрт не шутит…

Не всё шелками вышито
Для Крыма шелкопряд и шелковица – это отнюдь не что-то экзотическое. Неслучайно одна из бухт на полуострове так и называется – Шелковица (см. фото, открывающее наш обзор).

Из проектов возрождения крымского шелководства наиболее реальным выглядит организация производства сырья для шелкопрядения. То есть речь идёт о высадке плантаций белой шелковицы с дальнейшим полным циклом производства для последующей поставки сырья на шелкопрядильные фабрики.

Начиная с получения от бабочек яиц, выращивания личинок тутового шелкопряда, высадки гусениц шелкопряда на деревья, и кончая сбором коконов, намоткой шёлковой нити, упаковкой сырья. Привлекательность отрасли обусловлена тем, что, при всех трудозатратах и множестве этапов производства сырья, крымский шёлк по-прежнему считается одним из лучших в мире.

Несмотря на то, что в Крыму эксперименты по шелководству проводились ещё при Екатерине Второй, на промышленные рельсы оно встало только при СССР, в 1930 году. Тогда Советский Союз, среди прочего, готовился и к военным действиям, рассчитывая, к примеру, взять реванш у панской Польши и вернуть утраченные западные территории, а заодно и потерянные ещё при царе Южный Сахалин и Курилы.

Советские учёные в те годы установили, что крымский шёлк настолько прочен, что его можно использовать для производства парашютов и хирургических ниток. Племенное разведение тутового шелкопряда происходило на заводе в Симферополе. Откорм личинок до стадии гусениц происходил в хозяйствах при колхозах по всему Крыму.

Производство коконов осуществлялось тоже широко – на тутовых плантациях в Джанкойском, Белогорском, Красногвардейском, Кировском, Нижнегорском, Симферопольском, Сакском и Бахчисарайском районах общей площадью около полутора тысяч гектаров. А вот размотка коконов и прядение шёлка осуществлялись уже в промышленном Киеве.

Шёлк не только шёл на военные нужды, но и в больших количествах поставлялся за рубеж. В 80-е годы шелководство в Крыму достигло пикового объёма 70 тонн коконов в год, при этом для выращивания личинок широко поощрялось кооперативное хозяйство.

Рубить – не строить
Уже в первые годы украинской независимости производство коконов было полностью свёрнуто из-за необходимости значительных государственных инвестиций и в связи со сложностью цикла работ. В сельском хозяйстве Незалежной было немало проектов, пусть не таких прибыльных, но с меньшим размером инвестиций и значительно более быстрой окупаемостью.

Плантации шелковицы были попросту заброшены. Белая шелковица, используемая для разведения тутового шелкопряда, в пищевом плане в Крыму не пользуется таким спросом, как чёрная, к тому же «шёлковые» сорта были специально селекционированы как низкоплодные, чтобы обилие плодов не отнимало силу у роста листьев, которыми кормятся гусеницы.

В таком виде для населения плантации представляли единственную ценность: на дрова. Реже, правда, стволы использовались для строительных и отделочных целей, но, так или иначе, плантации были в основной массе вырублены.

Сейчас, правда, существует предприятие «Крымшёлк», которое имеет некоторые производственные мощности, но балансирует на грани убыточности. Считается, что при государственных инвестициях потенциальный объём его производства может составить до 50 тонн коконов в год.

Однако все разговоры о государственной поддержке пока так и остаются только на уровне разговоров. Известно, что некоторые меры государственного субсидирования шелководства были приняты на Ставрополье, но там тоже неясны объёмы государственной помощи шелководам.

Следует отметить, что на Ставрополье, хоть отрасль тоже была заморожена в девяностые и первой половине нулевых, таких разрушений плантаций и гренажных станций, как в Крыму, не было. Известно только, что один гектар высадки шелковичных плантаций обходится в 500-700 тыс. рублей, что значительно дороже, чем плодовые культуры.

Вы слышали про крымский хлопок?
Ещё одна отрасль, которая в советское время в Крыму некоторое время развивалась, но уже в хрущёвское правление была свёрнута. Первые посадки хлопчатника в Крыму появились ещё в екатерининские времена, однако активно отрасль стала развиваться примерно с 1920-1922 годов.

Крымский агропром. Снова в колхоз, опять в совхоз
Пик пришёлся на сороковые годы, когда площадь посадок хлопка в Крыму доходила до 50 тыс. га. Но после прокладки Северо-Крымского канала сельское хозяйство Степного Крыма стало переориентироваться на плодовые культуры.

Идеи возродить хлопководство на полуострове стали появляться в 2018 году, когда канал был ещё перекрыт, что ставило под угрозу плодовое садоводство на севере и в центре Крыма и вызывало необходимость диверсификации рисков. Как раз тогда Минсельхоз РФ поставил задачу наладить в промышленных масштабах хлопководство на юге России.

Крыму по этим планам отводилось 10 тыс. га хлопчатников. Привлекательность хлопководства для Степного Крыма на тот момент была обусловлена тем, что хлопок – техническая культура, и его в условиях дефицита воды можно орошать сточными водами, в отличие от пищевых культур.

На государственные средства НИИ сельского хозяйства Республики Крым под личным курированием завотделом водопользования Эдема Сейтумерова открыл опытные плантации в Укромном, под Симферополем и в Клепинино Красногвардейского района. Прогнозировалась уникально высокая рентабельность в десятки процентов.

Однако в следующем году выяснилось, что даже орошаемый сточными водами участок в Укромном показал всего пятипроцентную рентабельность, а участок без орошения в Клепинино вообще оказался нерентабельным. Вопрос упирался только в орошение.

Сейчас Северо-Крымский канал открыт, в связи с чем можно ожидать, что из рекордных сумм субсидирования крымского агропрома, анонсированных Президентом РФ, хоть какая-то часть пойдёт на хлопководство. Тем более что государственная программа поддержки отрасли до сих пор действует.

Оливковый туман
Для выращивания оливок климат ЮБК и Севастополя в целом подходит, и в Крыму эта культура акклиматизирована ещё до нашей эры греческими колонистами. Но в промышленных масштабах оливки начали выращивать только в начале XIX века, когда была высажена плантация в Алупке.

Крымский агропром. Снова в колхоз, опять в совхоз
Урожайность тогда составляла 20 литров масла с дерева, но из-за трудоёмкости ухода за посадками и сбора итоговая цена была доступна только для очень богатых людей. Далее работы по селекции и разработке технологий консервации плодов велись в Никитском ботаническом саду.

Работы продолжались и в советское время, но только на экспериментальном уровне, поскольку ЮБК имел статус всесоюзной здравницы, и, фактически, единственное, что там можно было промышленно выращивать – виноград как сырье для вин не менее известных по всему Союзу марок.

Тем не менее селекционная работа дала плоды – когда в шестидесятых в Греции случились заморозки, СССР поставил туда саженцы морозоустойчивой оливы как раз из Никитского ботанического сада. Сейчас же ситуация несколько изменилась, поскольку новые морозоустойчивые сорта оливы можно выращивать и на склонах Крымских гор.

В прошлом году был собран первый урожай оливок из первого полноценного сада в Форосе. В настоящее же время идёт высадка сада с морозоустойчивым сортом в Севастополе, где гераклейский климат значительно более суровый, чем в субтропической зоне ЮБК.

О том, какая по размеру государственная поддержка таких проектов может ожидаться в этом году, пока неизвестно, зато хорошо известны затраты: один гектар оливы обходится Никитскому ботаническому саду в 1,5 млн рублей, при этом новые сорта начинают плодоносить через 5 лет после высадки.

Видимо, общее финансирование ботанического сада увеличится. Дело в том, что за период с 2014 по 2017 годы субсидии выросли примерно в 3,5 раза, но затем процесс застопорился, что вызвало многочисленные жалобы руководства научной организации в правительство.

Лёд, видимо, тронулся, поскольку севастопольская администрация в этом году выделила 200 га земли под экспериментальные сады в Верхнесадовом Никитской помологической лаборатории, реализуются государственные жилищные программы для сотрудников Никитского ботанического сада.